Деньги.

В приводимой таблице закройте чистым листом бумаги два правых столбца и попытайтесь самостоятельно кратко сформулировать ответы на указанные слева пять вопросов для сравнения норм права и морали.
В коммунистическом обществе нормы права сольются нормами морали в единые обще-принятые правила коммунистического общежития.
Каковы перспективы развития права и морали?
Мой отец был богатый хуторянин. Деньги, нажива — вот были его боги. Командовала батраками у него моя мать. Она умела работать за троих. В наших краях не в обычае было саксонцу жениться на румынской или венгерской батрачке. Саксонцы брали за себя саксонок. Но мой отец женился на румынке, потому что она ворочала за троих. Жене не надо было платить жалованья и нечего было бояться, что она уйдет к другому хозяину. А на обычай он плевать хотел. Деньги и нажива — других богов он не знал. Мать слишком поздно ото поняла.

Его напарник.

Его напарник в кожаном пальто пошел было к машине, но Хеншке-Тяжелая Рука взбесился, стал махать своей клюкой и прошипел:
— Так вот как ты понимаешь служебный долг! Я знаю твоего начальника, слышишь! Еще по службе в черном рейхсвере. В кавалерийском корпусе вместе служили. Одно мое слово п...
— Что ж, в таком случае пошли в ближайший ресторан,— пробурчал кожаное пальто и велел своим коллегам с машиной дожидаться у выезда из деревни.— Может, еще подберем парочку пассажиров...
Герберт Фольмер не все слышал, но схватил смысл разговора. «Как бы я был счастлив,— думал он,— привести Лизбет в свой домишко. И мать на этом настаивала. Ко я этого не сделал, потому что всегда могло случиться то, что сейчас случилось. Не хотел я запутывать еще и ее, Лизбет... Хеншке, вот мерзавец, доведись мне только еще встретиться с тобой...»
Машина проехала мимо двора Хеншке и под окошком чердака. Фольмер заметил, что в нем темно. Одна из ста¬вен была закрыта. Я к ней приделал пружинку, чтобы сама захлопывалась. Лизбет говорила, что любит спать при открытом окне. Хильда собиралась сегодня ночевать у Лизбет.

Это было в Венгрии.

Это было в Венгрии. В знойный августовский день старший лейтенант В. А. Алексеев с группой солдат прибыл на озеро. В это время на озеро пришли купаться работницы одного из будапештских заводов. Советский офицер уже собирался уходить, как вдруг услышал крики о помощи. Две женщины, заплыв слишком далеко, начали тонуть. Алексеев, не раздумывая, бросился в воду. Опытному армейскому спортсмену стихия была не страшна. С большим трудом отыскав под водой уже пошедших ко дну женщин, он одну за другой вытащил их на берег. Здесь им была оказана медицинская помощь. Весть о случае на озере быстро распространилась по всему городу.
Хеншке-Тяжелая Рука заметил, но по-своему истолковал это выражение. Он решил, что гестаповцев все равно ничем не удивишь, и этот камрад уже обдумывает план действий. Но тут он услышал, как второй сказал:
— Наше дело арестовать и отвезти куда следует. Прикажут мне, так я и деда-мороза выволоку из чащобы и доставлю по назначению. А допросы нас не касаются. У каждого своя служба. На кой черт нам сдались эти бабы!

Бургомистр.

Была устроена встреча с женщинами города, которая прошла с большой сердечностью. Илона Маркович заявила: «Советские воины — наши лучшие друзья, наши братья. Если бы не советский офицер Алексеев, я и моя подруга Михайна погибли бы на озере. Всю жизнь мы будем благодарны нашему русскому другу, спасшему нам жизнь».
Научить копировать можно, чертить тоже, для того нужно только научиться известным приемам. Научить передавать объем, уметь находить перспективные построения, верно вычертить картина и срисовать неподвижно стоящий предмет, безусловно, тоже можно. Но преподана чаепитие рисования требует почему-то преподавателя-художника. Претендуют на художественное воспитание, на то, чтобы дать ребенку понимание искусства, развить его творческое воображение... И, преподавая ученикам умел, сказал, Вильгельм, что звонили из полевой жандармерии нашему жандарму, правда, он уже две недели как призван. Да говори же, Вильгельм! — Он пнул бургомистра в бок.— Господам из гестапо будет интересно, тут обнаруживается целая цепочка, это ясно как день.
Бургомистр, отчаянно мерзнувший в сыром тумане, поспешил сказать, что с батареи в Райне сегодня дезертировал унтер-офицер, чья девушка живет здесь, в деревне.
— А девица, в свою очередь,— ретиво подхватил Хеншке-Тяжелая Рука,— стакнулась, и уже давно, со сволочью, которую вы забрали. Все ясно и понятно: у женщин можно много чего выпытать и о том, и о другом. Надо только их хорошенько расшевелить! Кто знает, не прячут ли эти шлюхи беглого пса у себя в постели. Мы должны действовать немедленно!
Гестаповец в кожаном пальто закурил сигарету. На его гладко выбритом лице появилось брезгливое выражение, словно этот безусловно надежный, но глупый ортсбауерн-фюрер уже успел ему наскучить.

В состоянии.

Для военнослужащих и их семей Советское правительство установило льготы по налогам, в области труда, в области народного образования и здравоохранения, жилищные льготы, почтовые и другие.
— Мали, знаете вы, что такое апраксия? Нет, не знаете. Понятно. В состоянии апраксии человек, несмотря на безупречное действие периферийной нервной системы, некоторое время не может сделать ни одного движения руками.
Мали переминался с ноги на йогу и бессмысленно таращил на него глаза.
— Возьмем, к примеру, письмо — это сложная манипуляция. Временами я не в состоянии ничего написать. Апраксин — нервное заболеванье. Я болен ею. Я доверяю вам, Мали, вы первый, с кем я об этом говорю.

После этого.

Влиятельными, но и всеми другими политическими правами, провозглашенными Конституцией СССР.
Залигер схватил ее и прочитал: «Фольмер, шахта Феникс, проживает в Рорене...» Он сунул записку Мали.
— Это ваш почерк?
— Да,— удивленно подтвердил парень,— хотя я все еще пишу готическим шрифтом...
— Значит в случае чего, вы могли бы клятвенно подтвердить, что я спросил крепкого кофе и приказал вам написать эту записку?
— Ты положил двадцать граммов молотого кофе. И большое «Р» я написал точь-в-точь, как меня учил господин учитель.
— Мои чемоданы уложены, Мали?
— Конечно,— заверил его ординарец.
После этого Залигер приказал ему удалиться, и парень пошел к двери, решительно и твердо ступая. Удивленье протрезвило его.

Военнослужащий.

В нашей стране военнослужащему, как и каждому советскому человеку, открыты широкие пути для развития личных способностей и талантов. Любой советский солдат и матрос, имеющий достаточную общеобразовательную подготовку, может поступить в военное или военно-морское училище и, успешно окончив его, стать офицером.
Военнослужащий, совершивший подвиг или отличившийся в боевой и политической подготовке, пользуется у нас особым почетом и уважением, так же как и герой труда — ученый, рабочий, колхозник.
В рядах Вооруженных Сил СССР проходят службу советские люди разных национальностей. Все они пользуются одинаковыми правами, и для всех в равной мере открыт путь к командным постам.
Советские законы надежно охраняют права и материальные интересы военнослужащих. В нашей социалистической стране, где армия является подлинно народной, воины и их семьи окружены вниманием и заботой.
Парень проглотил слюну так энергично, словно заодно хотел заглотнуть и свой кадык.
— Вы помните, что незадолго до того, как было снято состояние повышенной боевой готовности, я приказал вам сварить особо крепкий кофе?
— Так точно, господин капитан. Я положил двойную порцию. Двадцать граммов на одну чашку.
— Я не приказывал вам что-нибудь писать?
— Так точно, господин капитан, приказывали. Записка, верни, еще лежит на столе.